Бугорки безымянных могил

Бугорки безымянных могил (1992)

Помнишь, родная, как весело солнце светило,
Когда я тебя на руках вдоль дороги носил,
Но жизнь, впопыхах, стороной обойдя превратила,
Наш городок в бугорки безымянных могил.

Ты обманулась, в свои ты поверила силы,
«Опомнись родная!» — тебе я в слезах говорил.
Так кончилось счастье, и водка тебя уносила,
На черное дно, в темноту безымянных могил.

Днем ты несчастная боженьке доброму молишься,
Тебя чтоб вонючую снова он верный простил,
А к ночи напьешься и снова за ветром погонишься,
Чтоб в поле проснуться среди безымянных могил.

Я уж не вижу средь грязи лежащего Павлика,
Яд как серпом наш народ в городишке косил,
Живут кроме нас три отравленных водкою карлика,
Другие живут в бугорках безымянных могил.

И снова зима разгулялась на пастбищах брошенных,
На кладбищах саваном стеллит свой белый настил,
Под шубой сугробищев, кудрями вьюги взъерошенных,
Скрывает хмельной городок безымянных могил.

Бедная Лиза (1992)

Слышишь звуки обеденной рельсы? –
От работы бредут отдохнуть,
Никодимы , артельщики-бесы,
Что пришли дом сгоревший вернуть.

Рядом с домом, где жили бардачники,
Толстобрюхой осиной семьей,
Пропадала девчушка в чуланчике,
Лизой звали в народе ее.

Ломоть хлеба в вонючем предбаннике,
Тыщи крыс от весны до весны,
Лишь на пасху за водку и пряники,
Лиза лезла убогим в штаны.

Чередой, пидерастами пьяными,
Годы шли на постылом дворе,
И у Лизы уж кожа с изъянами,
От грудей – две сопли в кожуре.

Бедная Лиза!
Бедная Лиза!

Все одно, — стоны старых соседок,
И стоит дом проклятый скупой,
Лиза стала желать напоследок,
Порезвиться потехою злой.

Не святая, ни нагая-босая,
Вышла к дому бедовая дочь,
В дверь ввалилась старухой обоссанной,
В ту жестокую смутную ночь.

Бедная Лиза!
Бедная Лиза!

И решила она и кабачники
Дому огненный снесть приговор,
И горящие трупы бардачников
Полетели из окон во двор.

Слышишь звуки обеденной рельсы? –
От работы бредут отдохнуть,
Никодимы , артельщики-бесы,
Что пришли дом сгоревший вернуть.

Бедная Лиза!
Бедная Лиза!

В небе яркая звезда (1992)

Ох, толпа охуевшая дикая,
Вся земля превратилась в сортир,
Сердце древнее, сердце великое,
Растоптал этот ебаный мир.

Ты со мной, я с тобой, в небе яркая звезда,
А в дали все стучат поезда,
Мир под небом как покойник под могильною плитой,
Соловьи в садах умолкнут навсегда.

Ученый выродок взлохматил свои брови,
Штурмуют космос птицы-корабли,
Крестьянин в ярости, крестьянин хочет крови,
Как много в мире света и любви.

Ты со мной, я с тобой, в небе яркая звезда,
А в дали все стучат поезда,
Мир под небом как покойник под могильною плитой,
Соловьи в садах умолкнут навсегда.

Спите блаженные (1991)

Пацан поджег себя на площади в субботу,
Народец чмошный выл и терся у ограды,
Мальчишка, догорая, подбежал к народу,
И крикнул: «Суки, палачи, мещане, гады!».

Спите блаженные, спите убогие,
Спите блаженные, спите,
Наверно быть хорошим гражданином значит –
Любить публичный суд
И массовые казни.

Огонь сгорел, все расходились тихо,
Допить ту чашу суеты мирской порочной,
Лишь к горсти пепла мужичок подпрыгнул лихо,
На память взял сгоревший хрящик позвоночный.

Спите блаженные, спите убогие,
Спите блаженные, спите,
Наверно быть хорошим гражданином значит –
Любить публичный суд
И массовые казни.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s